Свеча

МЫ ВСЕГДА ВМЕСТЕ!

Это мы!

ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ!

Мы - празднолюбцы! Мы так и назвали свой ЖЖ:СОТВОРИМ ПРАЗДНИК!
Мы - это Ольга и Владимир Зангировы.


  • Здесь с Вами мы вместе!Мы желаем делиться с Вами радостью жизни с Богом и в Боге!

  • Наши Ангельские дни:11/24 июля Святой равноапостольной княгини Ольги и 15/28 июля Святого равноапостольного князя Владимира.

  • Не считаем возможным самим искать друзей через социальные сети - их дает Господь!

  • “О сем разумеют вси,яко мои ученицы есте,аще любовь имате между собою.”

Мы сами себя фотографируем день за днем,год за годом! Мы представляем Вам видео-и фоторепортажи о наших семейных православных традициях!Если Вас не затруднит пройтись по нашим  ссылкам,то Вы получите прямой доступ к нашим страницам в других социальных сетях.

- Дорогие друзья! Просим Ваших Святых молитв!
Мы делимся с Вами радостью о Господе! И радость наша не отымется от нас вовеки!
Свеча

МАРИЯ ЕГИПЕТСКАЯ


Поэма епископа Каскеленского Геннадия (Гоголева) «Мария»

* * *

С юных лет в обители пустынной

Подвизался старец седовласый.

За полвека помыслом бесчинным

Не покинул монастырь ни разу.

Дни текли, как облака, неспешно.

И смиренный инок богомольный,

Нрав усердно исправляя грешный,

Был смущаем думой своевольной:

«Я молился Богу без сомнений,

Но душою снова неспокоен.

И хотя чудесных откровений

Был не раз от Бога удостоен,

Но не знаю — кто бы мне ответил,

Сколь угоден подвиг мой смиренный?

Кто еще несет на этом свете

Столь же тяжкий труд и сокровенный?»

Так Зосима, лунными ночами

Размышляя, тщетно ждал знаменья.

И однажды над его очами

Прозвучало ангела веленье:

«Встань, Зосима, соберись в дорогу,

Как Аврам, прими свое призванье.

И доверься Всеблагому Богу,

И ответит Бог на вопрошанье.

Оставляй свои родные стены,

Перейди поближе к Иордану.

Там найдешь обитель совершенных,

Что живут молитвой непрестанной».

Инок радостно в поход собрался,

Взором монастырь обвел прощальным,

И душой ни миг не колебался,

В путь ступив неведомый и дальний.

И, ведомый ангелом заветным,

Чрез пустыню, города и села

Он пошел в обитель за ответом

И припал к вратам ее тяжелым.

Иордан внизу струился шумен,

Рыхлой пеной шевеля осоку.

И согбенный ждал его игумен

У ворот обители высокой:

«Мир тебе, подвижник знаменитый,

Ты явился с благородной целью.

Так войди: врата тебе открыты

И готова прибранная келья.

Пусть под сенью алтаря святого

Твоя ревность, отче, не остынет.

А когда велит устав суровый —

Для молитвы мы уйдем в пустыню».

Наклонил главу свою Зосима,

Сладкая заныла в сердце рана,

Трепетали волосы седые

На ветру, подувшем с Иордана.

Потекли торжественно и чинно

День за днем. Уж миновало лето.

И смущаем думою единой,

Старец кротко ожидал ответа.

Вот зима дождливая промчалась,

Пост Великий подступил к порогу.

И, как прежде, братия собралась

Совершить в пустыне службу Богу.

Испросив у ближнего прощенья,

Взяв в дорогу фиников и хлеба,

Иноки направили теченье

В тишину песков под своды неба.

И, послушен древнему уставу,

Укрепясь молитвою святою,

С ними брел Зосима — не за славой,

Но для встречи со своей судьбою.

Восемь дней в пути уж миновало,

Спутники остались в отдаленье.


Снова сердце у Зосимы ждало

Чудного небесного знаменья.

Над псалмами тяжелеют веки.

Вдруг… душа монаха встрепенулась:

Будто тень какого человека

Справа от подвижника метнулась.

Что же это? Сонное виденье?

Дух небесный в светозарном чине?

Или беса злое наважденье

В непроходной нежилой пустыне?

«Не сведен ли я с ума жарою,

Что с утра палит невыносимо?»

И, взмахнув слабеющей рукою,

Осенил крестом себя Зосима.

На одно мгновенье тень пропала,

Вскоре обнаружилась яснее,

И, завидев старца, побежала,

Словно от коварного злодея.

Что есть духу, бросился в погоню

Старец за неведомою тенью.

И кричит, и, пав на землю, стонет,

Громко просит внять его моленью.

Сил остаток на бегу теряя,

У ручья вдруг тень остановилась:

И внезапно женщина нагая

Перед взором инока явилась.

С кожей, почерневшей от загара,

С волосами белыми до шеи,

Женщина как будто улыбалась,

На монаха взор поднять не смея:

«Старец, брось одежды мне покрыться,

Вижу: ты монах святой, неложный!

Ах, чему ты хочешь научиться

У Марии, грешницы ничтожной?

Для чего, Зосима, ты пустился

В дальний путь по девственной пустыне?

Что желал, к чему душой стремился —

И моих советов ждешь ли ныне?»

Скинул старец свой хитон убогий —

Им Мария тело покрывала.

И спросил ее отшельник строгий:

«Как же имя ты мое узнала?

Преподай же мне благословенье,

Сотвори молитву надо мною!»

И упал Зосима на колени

Перед удивительной женою.


Но в ответ подвижница сказала:

«Ты священство получил от Бога,

И тебе, Зосима, надлежало

Мне в сей час благословить дорогу».

«Нет! Постой! — монах пришел в волненье, —

Я с тобой расстаться не посмею.

Преподай мне слово наставленья!

Ты во мне прозрела иерея,

Ты судьбу мою узнала сразу.

Вижу, что полна ты благодати».

И заплакал старец седовласый

На песке при солнечном закате.

Поднялась с песка сама Мария

И, к востоку обратясь глазами,

Прошептав вечерние молитвы,

Вопрошала инока словами:

«Расскажи: мирны ли христиане,

Царь теснит ли варваров войною?

И во многих ли сегодня странах

Крепки души верою святою?»

«Слава Богу! Храмы все открыты!

В Новом Риме царь со славой правит.

А по вашим подвигам великим

На земле Бог веру сохраняет.

Но прошу, молю тебя, Мария,

Не оставь меня без утешенья.

Дай узнать про подвиги святые,

Жизнь свою открой без утаенья!»

Смущена, подвижница молчала,

Отказать Зосиме не решалась,

Прядь седых волос с лица упала,

В алом свете тихо колыхаясь:

«Что ж… Узнай же правду, добрый инок,

Но не знать ее — так было б лучше.

Ты меня с презрением покинешь,

Отбежишь, как от змеи гремучей.

Рождена я, грешная, в Египте,

Но не долго прожила с родными:

Покорясь внезапному наитью,

Бросив дом, ушла в Александрию.

Там, в столице, сатане охотно

Заплатив собой живую плату,

Я семнадцать лет бесповоротно

Проходила на путях разврата.

Знаю, ад торжествовал победу,

Черная владела мною сила:

Нет греха, который мне не ведом,

Нет тех дел, которых не творила.

Во хмелю безудержных попоек

Ежедневно плод блуда вкушая,

Я не знала, как внутри он горек,

Как смердит и душу отравляет».

Замерла пустынница в молчанье,

От лица монаха отвратилась.

«О, сестра, продли повествованье!

Где же правда для тебя открылась?»

«Раз под осень с думами пустыми

Я на главной пристани бродила,

С маяка струя густого дыма

Ввысь потоком стройным уходила.

На море корабль быстроходный

К плаванью команда снаряжала.

Перед ним развязно и свободно

Я в беседу с юношей вступала:

«Дай ответ, куда такие сборы?

Финикийский парусник вам тесен!»

И уйти решила с ними в море,

Полагая, что мой нрав известен.

Зная, что одежду, пропитанье,

Все, что нужно путнику обычно,

Я легко добуду — не трудами,

А бесстыдным ремеслом привычным.

И, тряхнувши кудрями своими,

Юноша ответил: «Поспешаем

К празднику, когда в Иерусалиме

Крест Господень в храме воздвигаем».

Я со смехом поднялась на судно,

И, отплыв навстречу приключеньям,

Вновь в толпе искала многолюдной,

Кто моим послужит вожделеньям.

Третьим утром, словно из пожара,

Выбравшись из корабля по сходням,

С головой, тяжелой от угара,

Поплелась я прямо в Храм Господень.

Но пока в хлопотах ежечасных

Торжество Креста не наступило,

Я еще немало душ несчастных

Во Святой Земле блудом сквернила.

Утром на молитву с Патриархом

Прибывал народ, как волны моря:

Проходили чинные монахи,

Суетились странники в притворе.

Повинуясь праздному желанью

Новое увидеть представленье,

Я пыталась во святое зданье

С улицы зайти без промедленья.

Но пока паломники свободно

В Божий храм, перекрестясь, входили,

Я одна вдруг замерла у входа,

Повинуясь непонятной силе.

Будто воины тесною толпою

Путь во храм мне молча преграждали —

То незримой, крепкою стеною

Все грехи передо мною встали.

В миг вся жизнь пред взором пролетела,

И пока в притворе я стояла

Все свои припомнила паденья

И свою погибель осознала.

Подошли рыдания, как волны,

И прорвался крик, подобный стону.

И мой взор, отчаянья исполнен,

Вдруг упал на ближнюю икону.

И, припав на камни у порога,

Я пред ней всем сердцем завопила:

«О, Мария, Дева, Матерь Бога!

Ты Одна меня наставить в силах!

Так впусти меня под сень Святыни,

Дай коснуться Древа мне устами,

Поручись перед Распятым Сыном,

Что я вновь не осквернюсь грехами.

Укажи мне путь для очищенья,

Даруй время мне на покаянье,

И пошли небесное знаменье:

Как исполнить мне свое призванье!»

Сжалилась над грешною Марией

В этот час Мария Пресвятая:

Я прошла под сводами святыми,

Сокрушенным сердцем замирая.

Крест Господень там облобызала,

Совершила тяжкие поклоны,

И внезапно голос услыхала,

Исходящий от Ее иконы:

«Обретешь покой за Иорданом!»

Я на миг душою обомлела,

Но, страдая от греховной раны,

Не послушать Деву не посмела.

Кто — то медяки вложил мне в руки —

Я три хлеба у ворот купила.

Радостью наполнив час разлуки,

На дорогу странствия ступила.

Шла неспешно, плакала, молилась,

И достигла вскоре Иордана.

Там Христовым Тайнам причастилась

В церкви у Предтечи Иоанна.

По внушению Пречистой Девы

Двор нашла с заброшенной ладьею.

И уже пустынный берег левый

Принимал меня палящим зноем».

Смолкла вновь Мария. Потемнело.

Прерывая мирную беседу,

К ним звезда падучая слетела,

Тишину своим пронзая следом.

«Сколько лет, как вышла ты из града?

Чем в пустыне плоть свою питала?

Продолжай! Слова твои — отрада,

Много лет душа их ожидала!

Чрез тебя Господь мне посылает

Ныне Свое чудное знаменье.

Твой рассказ о подвигах внушает

Сердцу неподдельное смиренье».

«Слушай, если не жалеешь время,

От тебя, Зосима, я не скрою:

Самое мучительное бремя

Я в пустыню принесла с собою.

Тягостней жары, всех бурь страшнее

Были сердца страстные желанья:

Сколько раз, терпеть их не умея,

Я бросалась ниц с глухим рыданьем!

Тяжесть всех грехов меня томила

Больше, чем сухое тело жажда.

Но я верность клятве сохранила,

Данной Богородице однажды.

Так шестнадцать лет была борима

Сатаной, и плотью, и пустыней.

И узнала я, отец Зосима,

Что мой Бог меня прощает ныне:

Чудный свет внезапно мне явился,

От восторга сердце встрепенулось,

Дух мой благодати приобщился,

Я в пустыне, как в раю, проснулась.

Сорок семь годов в уединенье.

Уж давно и платье все истлело.

Скудные и горькие коренья

Вечерами подкрепляют тело.

Но теперь лишенья и невзгоды

Веселят меня и согревают.

Как вода, текут в пустыне годы,

Дни земные неприметно тают.

Добрый инок! Нам пора проститься.

Ночь оставим мы для покаянья.

Но прошу о грешнице молиться

И ее исполнить пожеланье:

Через год, в страстной четверг, под вечер

Выходи на берег Иордана.

Там тебя я непременно встречу,

От тебя приму Святые Дары».

Поклонилась иноку Мария

И ушла невидимой тропою.

Лишь минуту волосы седые

Серебрились тихо под луною.

Сам Зосима сердцем умилился,

Получив ответ на вопрошание,

В монастырь с весельем воротился.

Потекли недели ожиданья.

Целый год он ждал Поста святого,

В ревности Марии подражая,

Предавался подвигам суровым,

Братию смиреньем поражая.

Время к Пасхе близилось привычно,

Иноки в обитель возвращались.

Как велит устав, они обычно

В тот четверг совместно причащались.

Причастился старец. Из придела

Он под вечер вышел стороною,

И Христовы Тайны неумело

В чаше у груди держал рукою.

Ощутив, как под его хитоном,

Кровь и Тело Господа пылает,

Сходит инок каменистым склоном,

У реки Марию ожидает.

Меряет пространство шагом чинным.

Только мысль врасплох его застанет:

Кто же там, на берегу пустынном

К переправе ей ладью доставит?

Лишь подумал — как она с пригорка

Вниз сойдя извилистой тропою,

Осенила путь крестом широким

И… прошла над темною водою.

Вскрикнул старец. Радость и блаженство

Хлынули неведомо откуда.

«Как же я далек от совершенства!» —

Прошептал монах при виде чуда.


В чаше под луной Святые Тайны

На руке протянутой лежали,

И молитвы так необычайно,

Так легко в устах ее звучали.

Взяв немного чечевичных зерен,

Их водой из речки размочила.

Взор ее был светел и спокоен,

И луна морщины осветила.

Окропив слезами расставанья

Ветхий край накинутого пледа,

Старец дал Марии обещанье

Вновь прийти на место их беседы.

И крестом повторно осеняя

Иордана быстрые потоки,

Слабо воздух трогая стопами,

Шла Мария по водам глубоким.


Через год, по сказанному слову,

Вновь Зосима поспешил в дорогу.

В теле силы ощутил он снова,

А на сердце — странную тревогу.

Тщетно он искал — не обнаружил,

Где однажды раннею весною

В тихий вечер, замирая, слушал

Житие подвижницы святое.

Шел направо, влево, воротился:

Все один кругом простор безбрежный.

И монах отчаянно взмолился

Со словами скорби и надежды:

«Покажи, молю Тебя, Владыка,

Ангела, сокрытого в пустыне!

Дай увидеть мне сиянье лика,

Что весь мир забыть позволит ныне!

Лишь сказал, как слышит: за отлогом

Будто раздалось воды журчанье.

Там ручей струился неглубокий,

Странника даря очарованьем.

К ручейку живому устремился

Ветхий старец с быстротою тени.

Поглядел — и замер, и склонился,

И упал со вздохом на колени.


Вся камнями тропка вниз покрыта.

На камнях, застыв, лежало тело.

И лучам, и ветерку открыто,

На восток лицо ее смотрело.

А вверху, над самой головою,

Там, где склон не тронут был ветрами,

Словно нимб неведомой рукою

Был начертан на песке словами:

«Погреби, Зосима, не жалея,

Прах убогой грешницы Марии.

Умерла я первого апреля

В ночь, как Тайны приняла Святые».

Читайте также:

Мариино стояние

За Иорданом, в пустыне жаркой

Теги: Мария Египетская, Поэзия

Свеча

ЖЖ удивляет!

Уважаемый автор,

мы очень ценим, что в это трудное время вы продолжаете делиться своими мыслями, творчеством и идеями в своем блоге. Мы уверены, что это поддерживает и радует ваших читателей.

Мы подумали о том, как сделать время, которое вы тратите на творчество в Живом Журнале немного более приятным сейчас, поэтому мы даем вам месяц чтения ЖЖ без рекламы.

Позаботьтесь о себе, продолжайте делиться своими мыслями, радостями и заботами с читателями и будьте здоровыми!

С любовью,

Команда ЖЖ.

Свеча

БОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТУРГИЯ 14 АПРЕЛЯ 2019 ГОДА

14 апреля 2019 года в Спасо-Преображенском кафедральном соборе Хабаровска состоялась Божественная литургия архиерейским служением. Владыка Марк, митрополит Вятский и Слободской и владыка Артемий, митрополит Хабаровский и Приамурский в сослужении священников хабаровских храмов.


Наш фотоальбом БОЖЕСТВЕННАЯ ЛИТУРГИЯ 14 АПРЕЛЯ 2019 ГОДА
://www.facebook.com/zangirovs/media_set?set=a.1600951853381486&type=3
Свеча

АПРЕЛЬ - ПРОЛЕТНИЙ МЕСЯЦ

31 марта/13 апреля март завершается, а 1/14 апреля старинный весенний месяц апрель начинается!

АПРИЛИЙ – БЕРЕЗОЗОЛ, ЦВЕТЕНЬ
Настоящий апрель наступает 1/14 апреля!
Имя четвертого месяца в году: априлий – латинское, от глагола арепо открывать; оно указывает на открытие весны. Древнерусские имена месяца апреля были: березозол или еще – цветень, последнее – от расцветающей весны. Первое из этих названий, усвояемое и марту месяцу, особенно часто встречается в древних наших месяцесловах и святцах: последнее становится употребительным не ранее XV в.

Приметы апреля, приметы на апрель, пословицы и поговорки про апрель: с 1/14 апреля!

В апреле земля преет. Солнышко с апрельской горки в лето катится.
Апрель водою славен. Апрель всех напоит.
Апрельские ручьи землю будят.
Апрель с водою — май с травою.
Мокрый апрель — хорошая пашня.
Где в апреле река, там в июле лужица.
Играй пока, матушка Ока, — апрель на дворе.
Апрель открывает ключи и воды.
Апрель богат водой, а октябрь пивом.
Апрельский цветок ломает снежок.
Апрель сипит да дует, бабам тепло сулит; а мужик глядит — что-то будет?
Апрель начинается при снеге, а кончается при зелени.
Снег в апреле: внучек за дедушкой пришел.
Не ломай печи — еще апрель на дворе.
Первый апрельский дождь воза золота стоит.
Три дождя в апреле да один в мае — тысячи дождей стоят.
В апреле ясные ночи кончаются заморозками.
Синие облака в апреле — к теплу и дождю.
Днем жарко, ночью прохладно — к хорошей погоде.
В конце марта — начале апреля прилетают скворцы.
Апрельский скворец — весны гонец.
Синка (трясогузка) прилетит, так через двенадцать дней, река пойдет.
Синка на лед садится, лед ножками топчет и растопчет (Пинежье).
В апреле ждут ледохода, смотрят, когда третья хвоя падет.
Перва, втора, третья хвоя падет, одна от одной через четыре недели.
Как третья хвоя падет, так через две недели и река пойдет — ледоход (Пннежье).
В апреле заготавливали соковицу —- сладкий березовый сок, поэтому в древней Руси апрель назывался «березозол».
Из березы течет много сока — к дождливому лету.
Перестают топить в избах печи во избежание пожаров.
Для печения хлеба и варения пищи устраивают летние кухни или землянки (Воронежская губ.).

31 марта/13 апреля март завершается, а 1/14 апреля старинный весенний месяц апрель начинается!

Апрель - пролетний месяц
Март позимье кончает, - апрелю, пролетнему месяцу, путь-дорожку кажет. Апрель весну починает необлыжную; в апреле, по народному слову, земля преет. Недаром молвится, что «апрель всех напоит», что «март - пивом, апрель - водою славится». Идет весна к апрелю еще с самого Алексея - человека Божия, идет да зиму со свету белого сживает! А как перешагнет она - красная краса - через порог позимнего март-месяца, да поравняется с Марьями Египетскими (1-м апреля), - так и зиме, седой лиходейке, карачун пришел! Оттого-то и слывет в народе св. преподобная Мария Египетская за «Марью-зажги-снега» да за «Марью-заиграй овражки». Но русский мужик прост-прост, а сам все-таки не верит ни первой ласточке, ни первому апреля. «Апрель сипит да дует, бабе тепло сулит, а мужик глядит: что-то еще будет!» - говорит посельщина-деревенщина. «Апрель обманет - под май подведет!» - приговаривает она, памяту-ючи, что май - самый тяжелый в году месяц. Но есть и более доверчивый народ на Руси: «Дождались полой водицы, ай да батюшка апрель!» - не нарадуется, не натешится он, по заваленкам сидючи да на апрельском солнопеке пригреваючись. Что такому легковерному мужику-рубахе до воркотни стариков, семь раз меряющих да один отрезающих, - пусть их там твердят-повторяют свои поговорки, вроде: «Не ломай печи, еще апрель на дворе!», или - «Ни в марте воды, ни в апреле травы!» Играют полой водою овражки, горят-тают снега, - стало быть, весна на дворе, стало - пришла она «с милостью, с великою радостью», с надеждами на будущий урожай, - думает надеющийся на весну люд. Не привыкать ему к «пустым щам», с которыми приходит на светлорусский великий простор первый день пролет-него месяца.
В стародавние годы звался на Великой Руси апрель-месяц «про-летником», на Малой Руси слыл он - как и у поляков - за «кветень» («цветенем» прозывался также и май по другим славянским местам); чехи со своими сородичами-соседями, словаками, величали апрель «дубенем», сербы - «налетним», кроаты - «джюджревчаком» (от Юрьева дня); у иллирийцев звался он «травяным». Древняя Русь встречала апрель вторым в году из двенадцати братьев-месяцев; затем, при сентябрьском новолетии, стал он приходиться восьмым по счету, а с 1700 года пришлось ему быть четвертым. На этом самом месте остается он и до наших дней.
Апрельский Марьин день (1-е число) повсеместно, а не на одной только Руси, слывет днем всяческого обмана: походя, с шутками да прибаутками, лжет об эту пору чуть ли не весь мир, населенный живыми людьми. И ведется этот привившийся к жизни обычай с незапамятных лет. «Первого апреля не солгать, так когда же и время для этого потом выберешь!», «На Марью-заиграй-овражки и глупая баба умного мужика на пустых щах проведет и выведет!», «Врать-то, брат, ври, да оглядывайся: нынче не первое апреля!» - говорят в народе. «Не обманет и Марья Тита, что завтра молотить позовут, - по гумнам на Поликарпа (2-го апреля) одно воронье каркает!», «Ворона каркала-каркала да Поликарпов день мужику и накаркала!» -приговаривают подсмеивающиеся над своими недохватками-недос-тачами деревенские краснословы. По старинной примете, если с Марьи на Поликарпов день разольется полая вода, надо ждать больших трав да покоса раннего по весне. Наблюдения старожилов-погодове-дов советуют хозяевам придерживаться в своих расчетах этой приметы: оправдывается она, по их словам, на деле сплошь да рядом.
С третьим днем апреля, пролетнего месяца, связана в народной Руси примета промышляющего рыбным ловом трудового люда. «Не пройдет на Никиту-исповедника лед - весь весенний лов на нет сойдет!» - замечают они. В некоторых местностях, - преимущественно по рыбным северным рекам, - приурочивают к этому дню рыбаки угощенье «дедушки-Водяного». Минут сутки, смотрит деревня, а на двор уж «пришел Федул (5-е апреля, день памяти мученика Феодула), теплый ветер подул!» Домовитые бабы-хозяйки твердо памятуют, что «на Федула растворяют оконницу», и до этого дня ни за что не выставляют в избе рамы. «Раньше Федула окна настежь - весеннему теплу дорогу застишь!», «До Федула дует сиверок (холодный северный ветер), с Федула теплынью тянет!» - говорят они. Поверье деревенское заставляет и циркунов-сверчков прилетать на огороды вместе с первыми весенними теплыми ветрами. «Пришел Федул, теплый ветер подул, окна отворил - избу без дров натопил; сверчок -цок-цок, с огорода под шесток!» - гласит об этом волжский прибауток. «С Федулова дня и стряпать бабе веселее: сверчок под шестком ей песню поет!» - вторит ему другой, подслушанный в тех же местах великорусского красного говора.
Со следующим днем, посвященным памяти преподобного Евтихия и мученика Иеремии, объединяются у дотошных сельских погодоведов две сговорившиеся одна с другой приметы: «На Евтихия день тихий - к урожаю ранних яровых!» - говорит одна мужику-хлеборобу; «Ерема-пролетний ярится, ветром грозится, - хоть не сей рано яровины, семян не соберешь!» - утверждает другая. «На Акулину (7-го апреля) дождь - хороша будет калина, коли плоха яровина!» -приговаривают пересмешники, охочие до всякого меткого словца.
8-го апреля - Родионов день (память апостола Иродиона). Туляки, посадившие - по их же, тульскому, старинному сказу - блоху на цепь, рассказывают, что в этот день встречается солнце красное с ясным месяцем. Встреча - встрече рознь: бывает и к добру, и к худу! Светел Родионов день - добрая встреча, пасмурен-туманен - худая. В первом случае ждут туляки хорошего лета, в последнем - недоброго. По народной поговорке, ходящей и не вокруг одной Тулы, а и по многим другим местам: «Горденек ясный месяц, и красному солнышку не уступит: задорен рогатый пастух - все звездное стадо перессорит!»
Через сутки после Родионова дня с его поверьями встречаются новые - терентьевские (10-го апреля - память мученика Терентия): зорко следят старики поутру за восходом солнечным, - если взойдет красное в туманной дымке - быть хлеборобному году, а если выкатится из-за горы что на ладони - придется перепахивать озимое поле да засевать яровиной. За Терентьями - Антипы идут к народу-пахарю; зовутся они «водополами». К этому дню приурочивается во всей средней полосе России ожидание вскрытия рек, разлива полой воды. Если запоздает вода выйти из берегов - нельзя, говорят старики со старухами, ручаться за хороший урожай. «Антипы - водополы, подставляй полы: жита сыпать некуда будет!», «Антип без воды - закрома без зерна!», «По Антиповой воде о хлебушке гадай!» - говорят в посельской Руси, питающейся от щедрот земли-кормилицы.
«Антип воду льет на поймы, Василий земле пару поддает!» - переходит простонародная мудрость к следующему апрельскому дню, посвященному памяти св. Василия-исповедника, епископа Парийского. «На Василья Парейского весна землю парит!», «Запарил землю Василий - выверни оглобли, закинь сани на поветь!», «На Василья и земля запарится, как старуха в бане!» - приговаривает деревня. По примете охотников, в этот день вылезает медведь - лесной воевода - из своей берлоги, вылезает - в кусты идет. «Заяц, заяц, выскочи из куста, дай место Михаиле Иванычу Топтыгину!» - можно по лесным местам услышать от деревенской детворы поговорку.
Успеют перешагнуть через порог всего одни сутки, а у охотника - новая примета: 14-го (в Мартынов день) переселяются лисички-сестрички из старых нор в новые. Нападает после этого, по уверению старых стрельцов-ловцов, на лису куриная слепота: три дня, три ночи не видит хитрый зверь ни темноты, ни света Божьего, - сидит на новом гнездовище да дремлет, покуда ему ворона не станет клевать головы. На это поверье краснобаев-охотников, обыкновенно, отзываются словами: «Не любо - не слушай, а врать не мешай!» Недаром славятся охотники тем, что не только птицу-зверя бьют, а и всякие небылицы плетут, - так почему же изменять им своему излюбленному обычаю для весеннего-пролетнего Мартынова дня...
Мартынов день зовется во многих местностях «вороньим праздником». По старинному преданию, на него каждый старый ворон отпускает своих годовалых воронят на отдельное гнездо - «на особое житье». Ворон - птица вещая, и не только вещая, а и зловещая. Живет ворон-птица, по народному поверью, до трехсот лет. Простодушная мудрость, выразившаяся в пословицах, присловьях и других крылатых словах, относится к нему далеко не доброжелательно. «Всякому б ворону каркать на свою голову!» - говорят старые люди, сведомые во всяком добре и худе. «Старый ворон мимо не каркнет!» - добавляют они. Народное суеверие замечает, что на церкви ворон каркает к покойнику на селе, на избе - к покойнику во дворе. Даже если пролетит через какой двор эта черная зловещая птица, - не быть там добру. В глазах народа, населившего окружающую природу живыми призраками своего суеверного воображения, ворон является олицетворением всего недоброго-злого. «Налетели черны вороны!» - говорят про обуявшие человека беды-напасти. «Ты не ворон! Что каркаешь - беду накликаешь?!» - приговаривают порою в народе. «Ворон - ворону глаз не выклюет!» - замечают о дружной-согласной жизни злых людей.
Сродни ворону зловещему ворона, да не того разбора эта птица. Если она и каркает, то вся беда от этого, по народному представлению, не пойдет дальше ненастной погоды. «Ворон каркает к несчастью, ворона - к ненастью!» - говорят на Руси. «Ворон - волшебник, ворона - карга!» - отзывается об этой птице вороньего рода народное слово. Вороной в переносном смысле слова зовут каждого нерасторопного человека. Это -то же, что рохля, разиня, зевака. «Проворонить» - значит: прозевать, пропустить мимо рук. «Ну, начал наш Иван ворон считать!» - говорят о недальновидных людях; «Метил в ворону, а попал в корову!» - приговаривают о них же. Как относится народная Русь к свойствам вороны, видно, например, из таких поговорок, как: «Пугана ворона и куста боится!», «Ворона - сове не оборона!», «Вороне соколом не бывать!», «Наряди ворону в павлиньи перья, все каргой останется!», «Ворона прямо летает, да все без толку!», «Где вороне ни летать, а все навоз клевать!», «Одна ворона и за море летала, а все той же каргой вернулась!», «Не живать вороне в высоких хоромах!», «На что вороне большие разговоры, знает она одно свое кра!» и т. д. О воронах у деревенских, умудренных опытом, погодоведов существует ряд особых примет. Если каркает воронья стая летом - быть дождю, зимой - морозу. Играть примутся на лету вороны-карги - жди ведра. Ведуны-знахари предсказывают по «воронограю» (крику воронов и ворон) не только погоду, но даже и судьбу человеческую.
Пересекает свят-Пудов день (15-е число, память св. апостола Пуда) пополам апрель месяц. С этим днем связаны немалые заботы у пчеловодов. Опыт давних лет советует им осматривать омшаники, прислушиваться: начала ли гудеть пчела - Божья работница - в ульях. На юге в обычае выставлять в это время пчел из зимних помещений на вольный воздух. «На день святого Пуда вынимай пчел из-под спуда!» - говорит об этом местное народное слово.
За святым Пудом идет-торопится на свелорусский простор «Ирина-разрой-берега» (16-е апреля). В Московской и Ярославской губерниях существует у огородников обычай - засевать в этот день в особых ящиках-срубах капустную рассаду. На севере же это приурочивают к 5-му мая, дню «Ирины-рассадницы», -когда по другим, более мягким погодою местам уже высаживают рассаду на грядки. Сибирские старожилы издавна привыкли ждать к апрельскому Иринину дню полного вскрытия Иртыш-реки.
17 апреля, на вешний день Зосимы, соловецкого чудотворца, поются по сельским храмам Божиим молебны соловецким угодникам Зосиме и Савватию (см. главу «Пчела - Божья работница»): пчеляки собираются выставлять пчел, принимаясь за это дело не иначе как с благословения святых покровителей «Божьей птахи», составляющей все богатство пчеловода. За Зосимою чествуется, по православному месяцеслову, память святого Ивана Нового. В этот день положено у огородников засевать морковь со свеклою, - что и делается с соблюдением особых обычаев. Семена смачиваются в родниковой воде рано поутру. Седая старина завещала опускать при этом в родник медные деньги, чем предполагается обеспечить хороший урожай овощей. По другому поверью, предпочитается смачивать семена в обыкновенной речной воде на трех утренних зорьках. И то, и Другое поверья советуют огородникам - при выполнении этого - соблюдать величайшую предосторожность: никто из посторонних не должен видеть, что делают сеятели. «Чужой глаз - что лихой ворог - завистлив», - гласит седая простонародная мудрость, - «а зависть - что твоя ржавчина: весь урожай поедом съест!»
Девятнадцатый апрельский день приводят на Святую Русь преподобные Трифон с Никифором. Помолясь им перед божницею, хаживали в старину домовитые бабы-хозяйки с концом «обетного» холста в поле. Здесь - каждая на своей загонной меже - останавливались они, истово били земные поклоны во все стороны света белого и затем, обратясь лицом к восходу солнечному, выкликали: «Матушка-весна, вот тебе новая новинка!» После этого принесенный холст расстилался на межнике, причем тут же клался кусок пирога. По старинному поверью, весна брала себе это приношение и, в благодарность, отдаривала чествовавших ее богатым урожаем льна-конопли - на новые холсты.
Ударят бабы челом весне, поклонятся, бывало, ей холстиною, а на другой день (20-го апреля) происходило - по завету старины стародавней - «окликание родителей». Мало-помалу выводится теперь этот глубоко трогательный обычай, но еще в 30-х - 40-х годах он соблюдался почти повсеместно в памятующей дедовские заветы деревенской глуши. Чуть загоралась утренняя зорька, шли все бабы пожилые да старухи старые на кладбище - каждая на могилу своих родственников - и начинали причитать-вопить истошным голосом.
У Сахарова, в собранных им драгоценных памятниках родной старины, сохранились два причитания. «Родненькие наши батюшки!» - начинается одно из них: «Не надсажайте своего сердца ретиваго, не рудите своего лица белаго, не смежите очей горючей слезой! Али вам, родненьким, не стало хлеба-соли, не достало цветна платья? Али вам, родненьким, встосковалося по отцу с матерьей, по милым детушкам, по ласковым невестушкам? И вы, наши родненькие, встаньте-пробудитесь, поглядите на нас, на своих детушек, как мы горе мычем на сем белом свете. Без вас-то, наши родненькие опустел высок терем, заглох широк двор; без вас-то, родимые, не цветно цветут в широком поле цветы лазоревы, не красно растут дубы в дубровушках. Уж вы, наши родненькие, выгляньте на нас, сирот, из своих домков, да потешьте словом ласковым!» Плакали-надрывались тонкие женские голоса, плакало-обливалось кровью сердце каждой из причитавших. И не диво, что слышало это рыдающее сердце откликавшиеся из могилы голоса своих «родненьких», -а если даже и не слышало, то чуять - чуяло.
Другое, записанное собирателем «Сказаний русского народа», причитание еще более трогательно. «Родимые наши батюшки и матушки», - разносилось оно по ниве смерти, припадаючи к могилушкам: «Чем-то мы вас, родимых, прогневали, что нет от вас ни привету, ни радости, ни тоя прилуки родительской? Уж ты, солнце, солнце ясное! Ты взойди, взойди, со полуночи, ты освети светом радостным все могилушки, чтобы нашим покойничкам не во тьме сидеть, не с бедой горевать, не с тоской вековать! Уж ты, месяц, месяц ясный! Ты взойди, взойди со вечера, ты освети светом радостным все могилушки, чтобы нашим покойничкам не крушить во тьме своего сердца ретивого, не скорбеть во тьме по свету белому, не проливать во тьме горючих слез по милым детушкам! Уж ты, ветер, ветер буйный! Ты возвей, возвей со полуночи, ты принеси весть радостну нашим покойничкам, что по них ли все детушки изныли во кручинушке, что по них ли все невестушки с гореваньица надсадилися...» Замирали щемящие душу слова, и - как бы в ответ на них - лило на сырую грудь земли золотые волны животворных лучей солнце ясное, обвевал могилушки теплый весенний ветер. Добрая мать-природа словно вторила простому и любвеобильному, как сама она, человеческому сердцу.
На другие сутки после окликания родителей, в день св. мученика Прокула, в старые годы было по многим местам в обычае проклинать нечистую силу, заковывающую тепло в ледяные оковы и опутывающую свет солнечный тьмою-сумраком. Проклятие выкликали старухи, выходя за деревенскую околицу и становясь лицом к западу. Существовал особый обряд этого проклятия, подробности которого так и затерялись-затонули, исчезнув на веки вечные, в волнах бездонного моря народного. Предание, переходившее из уст в уста, гласило, что соблюдением этого обычая ограждался деревенский-посельский люд на всю весну и на целое лето от всяких ухищрений злой нечисти, а наособицу охранялся этим крестьянский скот на подножном весеннем корму. 22-го апреля, когда - в числе других угодников - чествуется память святого апостола Луки, сельскохозяйственный опыт советует высаживать на грядки лук. «Кто ест лук, того Бог избавит от вечных мук!» - говорят при этом старые люди. «Лук помогает от семи недуг!» - приговаривают они. По народному, отзывающемуся стародавним происхождением, присловью: «Лук - татарин: как снег сошел, так и он тут!» Здесь, вероятно, память подсказывает народу-краснослову о весенних набегах на русские порубежные места крымских и ногайских татар, действительно, появлявшихся со стороны степи чуть не каждый год вместе с первой травою. От этих хищнических набегов и оберегали родную землю запорожские конные караулы, ставившиеся по всему русскому рубежу.
За днем св. апостола Луки - день, посвященный памяти великомученика Георгия-Победоносца (23-е апреля) - «Егорий (Юрий-теплый) весенний» - идет на Святую Русь православную. Как и о зимнем Юрьеве дне («холодном», приходящемся на 26-е ноября), ходит о нем, что на подорожный посох - опираяся на память старых людей, многое-множество сказаний, поверий и поговорок, неразрывными узами связанных с бытом русского пахаря (см. главы XXI и XLIX). Придет Егорий с теплом, выгонит в поле коров, отбудет свой черед на Руси; а за ним следом, по крылатому слову народному, «Савва (Стратилат) на Савву (Печерского) глядит - тяжелому май-месяцу последнее жито из закрома выгребать велит». Завзятые деревенские краснобаи, за словом в карман не лазящие, сыплют в этот день направо и налево поговорками-прибаутками, вроде: «Про нашего Савву распустили славу, не пьет-де, не ест, а зерном мышей кормит!», «Богат Савва, знай - по миру ходит да под окнами славит!», «Всего у меня вдоволь, чего хочешь - того и просишь! - А дай-ка, брат, хлебца! Ну, хлеб-то давно весь вышел, поди - возьми у Савки в лавке!» и т. д. С днем, посвященным Православной Церковью памяти святого апостола и евангелиста Марка (25-м апреля), связана особая сельскохозяйственная примета. Если в этот день утром, на восходе солнечном, летят птичьи стаи на конопляники, то следует, по уверению опытных хозяев, ожидать завидного урожая конопли. Увидав эту добрую примету, в старину, обыкновенно, рассыпали по задворкам несколько горстей конопляного семени - на угощение залетной птице. Было в обычае в некоторых местностях ходить в этот день ловить тенетами чижей. В Туле, придерживающейся и до сих пор многих забытых по другим городам обычаев, еще в сороковых годах хаживали на эту охоту-забаву чуть ли не все старики, располагавшие свободным временем.
28-е апреля (память св. апостолов Иасона и Сосипатра) - день, страшный для белых березонек: во многих местах принято в это время пробуравливать их до самой сердцевины и нацеживать в кувшины бегущий из них сладковатый на вкус, расположенный к быстрому брожению весенний сок - «березовицу». Немало гибнет кудрявых красавиц лесного царства из-за легкой добычи этого напитка, до которого лаком деревенский люд. «Березовицы на грош, а лесу на рубль изведешь!» - замечает об этом слово седовласой народной мудрости. «Пьяную березовицу навеселяют хмелем!» - словно отвечает ей легкомысленная молодежь. Деревенские лекарки-знахарки собирают березовый сок и не для лакомства-питья, а на пользу болящему люду. Более всего они пользуют этим весенним снадобьем страждущих-маящихся неотвязной лихорадкою. Но перед этим необходимо, по уверению их, или выкупать больного в дождевой воде, или - еще того лучше - натереть мартовским (собранным в позимнем месяце) снегом, если где-нибудь сумели его сберечь-сохранить. Солнечный день 28-го апреля служит верным предзнаменованием того, что «сестры-лихоманки отпустят болящего». Если же в этот день идет либо снег, либо дождик, или развесит над землею свои серые полога мглистый туман, то сведущие в «лечобе» люди не советуют пользовать больного по только что указанному способу знахарок. Последние же, в таком неблагоприятном для их работы случае, находят себе другое дело. Берут они «обетныя ладанки», выходят с ними на перекрестное распутье дорог и ждут-поджидают там: не повеет ли попутный теплый ветер со полудня. Этот ветер, в их представлении, тоже является целебным. Как только начинает тянуть южным ветерком, выставляют они ему навстречу свои ладанки и особыми нашептами загоняют в них ветер, чтобы после - положив ладанку на одержимого болестью - излечить его этим ниспосланным из-за теплых морей снадобьем.
29-е апреля - день девяти мучеников - считался в старые годы тоже днем целений. «Девять святых мучеников, Феогнид, Руф, Антипатр, Феостих, Артем, Магн, Феодот, Фавмасий и Филимон», - причитали-нашептывали ведуны-книгочеи над болящим: «исцелите раба Божия (имярек) от девяти недуг, от девяти напастей: чтобы его не ломало, не томило, не жгло, не знобило, не трясло, не вязало, не слепило, с ног не валило и в Мать-Сырую-Землю не сводило. Слово мое крепко - крепче железа! Ржа ест железо, а мое слово и ржа не ест. Заперто мое слово на семь замков, замки запечатаны, ключи в оки-ян-море брошены. Кит-рыбой проглочены. Аминь». Этот заговор, произнесенный в урочное время, оказывал, по мнению суеверных людей, неминуемое облегчение больному; но только, - добавляли они, - и сказать-то наговорное слово надо не спроста, а «умеючи»... Последний день апреля - пролетнего месяца - отмечен в народной Руси наособицу. Если вечером с этого дня на 1-е мая вспыхнет глубь небесная алмазной россыпью звездной, да потянет на Святую Русь полуденным-теплым ветром, то - по примете подмосковной -должно ожидать не только богатого грозами и теплом лета, но и хорошего урожая. В других местах - между прочим, в Рязанской губернии - ведется обычай наблюдать в этот день поутру за восходом солнечным. Взойдет солнышко из-за горы-горы на чистом, безоблачном небе, - быть и всему лету ведреному; выглянет красное на белый свет сквозь облака - зальют лето-летенское дожди-сеногнои. Существует в Тульской губернии поверье, что 30-го апреля нельзя выезжать в путь-дорогу, не умывшись водою, натаенной из мартовского снега, которому, как видно, и не в одном только этом случае придается целебная сила. Начинают бродить по чужой стороне, - гласит это поверье, - всякие лихие весенние болести; не обережешься от них мартовским снегом, так изведут тебя вконец! Сидят они всю зиму-зимскую в снеговых горах; вместе с первою вешней оттепелью положено им выходить на люди. Пригревает назябшуюся в зимние холода землю красно-солнышко; тает-горит бел-пушистый снег; а они - проклятое племя - разбегаются все стороны мира Божьего: где завидят подходящего человека - сейчас и шасть к нему! Одна всего и есть обережь от них - мартовский снег: боятся лихие болести его как соль - воды, как воск - огня... Канун тяжелого май-месяца с давних пор слывет-живет в народной Руси днем последних весенних свадеб. «В май жениться - век свой маяться!» Всем это ведомо, всеми добрыми людьми знаемо! В старину считалось даже за тяжкую обиду свататься в мае, а еще зазорнее - справлять в этом неурочном месяце раньше налаженную-сговоренную свадьбу. Держатся и посейчас этого старого обычая по многим местам.
В народном «Месяцеслове», распеваемом каликами-перехожими, питающимися Христовым именем да песнями-стихами духовными, воспет каждый день апрель-месяца. «Всю землю цветы апрель одевает, весь собор людский в радость призывает, листвием древо зеленым венчает», — начинается этот стих. Затем поименно перечисляются все памятуемые в месяце святые - в сопровождении краткого хвалебного слова о каждом. Восхваление сонма чествуемых в апреле угодников Божиих заканчивается особой хвалой последнему святому месяца - св. Иакову, сыну Зеведееву:
«В тридесятый день славно восхваляем,
И к солнцу-месяцу светло просветляем,
Благодатию присно весь сияет,
Церковный венец, звезда солнечная,
С дванадесяти свыше явленная,
Ему же есть честь от Бога вечная!»
Осененная благословляющей десницею апостола Христова переступает народная Русь за порог пролетнего апрель-месяца, выходя навстречу зеленому «травню-цветеню» - со всем его весельем в природе, со всей его трудовою маятой для кормящихся от щедрот земли.

Наш фотоальбом АПРЕЛЬ - ПРОЛЕТНИЙ МЕСЯЦ
https://www.facebook.com/media/set/?set=a.2319772344832763&type=3
Свеча

МАРЬИН ДЕНЬ

Народное название дня памяти святой Марии Египетской, отмечаемого 1 / 14 апреля.

Конец зиме, пропели петухи,
Весна-Красна спускается на землю.

Вот и 14 апреля наступило - Марьин день:в этот день память Марии Египетской справляем!

О ней народ говорит: «Марьи Египетския – зажги снега, заиграй овражки», и этим указывает на всеоживляющее действие весенней теплоты.

Другими присказками, которые сопровождали день святой, были «Марья со снежками в овражках играет, солнечные лучи призывает», «С Марьи снег и за колодой растает», «Марья половодье начинает».

Все они связывали имя Марии Египетской с происходящими в апреле природными явлениями: таянием снега и половодьем. Считалось, что к этому времени ходить по льду уже опасно, он ломается хрясно.
Если к этому дню лед сходил, то предполагали, что год будет легким и хорошим, а если ночи ясные и течет уже теплая вода – то и лето будет теплое и сухое (обратная примета:«Если разлив на Марию Египетскую — травы будет много, а коли паводка ещё нет, то лето будет холодным и дождливым»).

Если в этот день вскроется вода, то будет большая трава и ранний покос.
И свет, и звуки - все схвачено с пронзительной поэтичностью, кратко и емко.

Холодное сердце, черствая душа не создаст вдохновленной строки. Между тем хранились месяцесловы народом, сносившим нужду, тяготы, унижения. Над «подлым сословием», как значилось крестьянство еще в просвещенном ХУШ веке, постоянно тяготели заботы о земле, о хлебе.

С именем Марии Египетской русские крестьяне связывали легендарное представление о загробном суде, на котором Мария будто бы будет судить блудников и блудниц, однако раскаявшиеся грешники, самостоятельно или по молитве родителей, получившие благословение, могли рассчитывать на покровительство святой. Весь этот день крестьяне проводили в воздержании.

В Тамбовской и других губерниях, например, из уважения к великой подвижнице, считалось грехом есть что-либо, кроме пустых щей.
Марьи – пустые щи (запас капусты вышел). Захотел в апреле кислых щей!
Напусто-пусты щи, раз капуста кончается, и щец не досыта, раз длится пост, по-деревенски великое говенье.ипетская

Источники и литература:

Коринфский А.А. Народная Русь. Смоленск, 1995.

Максимов С.В. Нечистая, неведомая и крестная сила. СПб., 1994.

Некрылова А.Ф. Круглый год. Русский земледельческий календарь. М., 1989.

Наш фотоальбом МАРЬИН ДЕНЬ! https://www.facebook.com/media/set/?set=a.823812857762060.1073742529.100004000613160&type=1&l=5d7c5af3cb
Свеча

СВЯТИТЕЛЬ ИННОКЕНТИЙ, МИТРОПОЛИТ МОСКОВСКИЙ: ОН ЗДЕСЬ БЫВАЛ...

13 апреля и 6 октября чествуем Святителя Иннокентия (Вениаминова), Митрополита Московского и Коломенского, Апостола Сибири и Америки...Он бывал в Хабаровке еще до Московской кафедры,в 1850-60 -х гг.

В его честь была названа улица в центре города. Улица Линейная, переименованная в Иннокентьевскую,была не просто центральной улицей Хабаровки,но одной из самых протяженных: она связывала окраины города - Артиллерийскую гору(Хабаровская - Барановская - Ленина), Загородная улица( Блюхера) и Военную гору(Амурская - Тихменевская - Троцкого - Серышева).
Потом ее переименовали,как нарочно,в честь ...Льва Толстого,который в Хабаровске никогда не бывал и ничего для города не совершал... Вот как это событие описано на одном из исторических сайтов Хабаровска:"В 1908 году по случаю 80- летия графа Д. Н. Толстого обратились в министерство народного просвещения с ходатайством о присвоении строящемуся городскому училищу имени графа А. Н. Толстого. Министерство отклонило «возмутительную бумагу», с крайней злобой напомнило просителям, что «лицо, о коем пекутся жители Хабаровска, святейшим синодом отлучено от церкви». Уязвленные хабаровчане, подогреваемые В. В. Плюсниным и другими толстовцами, все же добились, что одна из улиц города была названа именем Толстого." (http://videolain.tmweb.ru/новости/istoriya-priamurya-2)
Так что переименование именно Иннокентьевской улицы именем опального графа Л.Н. Толстого, при его жизни и как бы в ответ на отлучение великого писателя от церкви, было,по мнению современников,смелым шагом...

Сейчас в Хабаровске - Духовная семинария имени Свт.Иннокентия Московского и при ней домовый храм в его честь!

Б.Иннокентьевская улица - любимое место наших прогулок:ведь значительная часть первоначальной Линии проходила через лесной массив с оврагами и небольшими речушками,текущими в речку Плюснинку (сейчас Уссурийский бульвар), а потом была перепланирована в парк Динамо... В 1957 году на отведенных территориях горкомхоз провел работы по благоустройству. Осенью был заготовлено посадочный материал для парка и произведена массовая посадка деревьев и кустарника. Там растут цветы,травы,стрекочут кузнечики,поют птицы...
А сегодня,6 октября прошли Б.Иннокентьевскую от Муравьево-Амурской улицы до Б.Тихменевской...

Наш фотоальбом СВЯТИТЕЛЬ ИННОКЕНТИЙ, МИТРОПОЛИТ МОСКОВСКИЙ:ОН ЗДЕСЬ БЫВАЛ...https://www.facebook.com/media/set/?set=a.340531409423543.1073742061.100004000613160&type=1&l=14a1c0e6e6
Свеча

СВЯТИТЕЛЬ ИННОКЕНТИЙ МОСКОВСКИЙ, АПОСТОЛ СИБИРИ И АМЕРИКИ


Святитель Иннокентий, митрополит Московский (в миру Иван Евсеевич Попов-Вениаминов), родился 26 августа 1797 г. в селе Ангинском Иркутской епархии в семье пономаря. Мальчик рано усвоил грамоту и с 7 лет уже читал Апостол в церкви. В 1806 г. его отдали в Иркутскую семинарию. Здесь, как лучшему воспитаннику, юноше дали фамилию Вениаминов, в честь почившего Иркутского архиепископа Вениамина († 8 июля 1814 г.). 13 мая 1817 г. он был рукоположен в диакона к Благовещенской церкви Иркутска, а 18 мая 1821 г. – во священника.

С 1823 г. началось миссионерское служение будущего Апостола Америки и Сибири. 45 лет отдал Святитель Иннокентий делу просвещения народов Камчатки, Алеутских островов, Северной Америки, Якутии, Хабаровского края, совершая свой апостольский подвиг в суровых условиях, с большими опасностями для жизни. Святитель Иннокентий крестил десятки тысяч людей, строил храмы, при которых основывал школы и сам обучал в них основам христианской жизни. Много помогало ему в трудах знание различных ремесел и искусств.

Святитель Иннокентий был замечательным проповедником. Совершая литургии, молебны и всенощные бдения, он неизменно наставлял паству. Во время многочисленных поездок святитель Иннокентий изучал язык, быт и нравы народов, среди которых проповедовал. Его труды по географии, этнографии и языкознанию получили мировую известность. Он составил алфавит и грамматику алеутско-лисьевского языка и перевел на него Катехизис, Евангелие и многие молитвы. Одно из лучших его произведений «Указание пути в Царство Небесное» (1833 г.) переведено на разные языки малых народов Сибири и выдержало более 40 изданий. Благодаря трудам святителя Иннокентия в 1859 г. впервые услышали Слово Божие и богослужение на своем родном языке якуты.

29 ноября 1840 г. митрополит Московский Филарет совершил пострижение отца Иоанна в монашество с именем Иннокентий, в честь святителя Иннокентия Иркутского. 15 декабря архимандрит Иннокентий был хиротонисан во епископа Камчатского, Курильского и Алеутского. 21 апреля 1850 г. епископ Иннокентий был возведен в сан архиепископа.

Промыслом Божиим 5 января 1868 г. святитель Иннокентий стал преемником митрополита Филарета на кафедре Московских первоиерархов. Через Святейший Синод митрополит Иннокентий закрепил вековой миссионерский опыт Русской Церкви (еще в 1839 г. он предложил проект улучшения организации миссионерского служения). Попечением митрополита Иннокентия было создано Миссионерское общество, Московский Покровский монастырь преобразован в миссионерский, в 1870 г. учреждена Японская Православная Духовная Миссия во главе с архимандритом Николаем Касаткиным (впоследствии святитель Николай Японский, память 3/16 февраля), которому святитель Иннокентий передал многое из своего духовного опыта. Весьма плодотворно было и управление святителем Иннокентием Московской епархией. Его стараниями построена церковь Покрова Пресвятой Богородицы в Московской духовной академии.

Святитель Иннокентий преставился ко Господу 31 марта 1879 г., в Великую субботу, и погребен в Свято-Духовском храме Троице-Сергиевой Лавры. 6 октября 1977 г. Русской Православной Церковью святитель Иннокентий прославлен в лике святых. Память его установлено совершать дважды в год: 31 марта/13 апреля – в день его блаженной кончины, и 23 сентября/6 октября – в день прославления.
В Хабаровске есть храм его имени в Хабаровской Духовной семинарии.А до 1917 г. имя Святителя Иннокентия было и на карте Хабаровска: в его честь была названа улица в самом центре города,перпендикулярная улице Графа Муравьева-Амурского(ныне Толстого)....

Наш фотоальбом СВЯТИТЕЛЬ ИННОКЕНТИЙ МОСКОВСКИЙ, АПОСТОЛ СИБИРИ И АМЕРИКИ https://www.facebook.com/media/set/?set=a.443694329107250.1073742215.100004000613160&type=1&l=e5107abc5c